Одна из девяти детей последнего поколения рода Лун — жена Лун У и первый мастер врачевания в роду Лун.
По характеру спокойная и вместе с тем горячая, не любит общаться с людьми и предпочитает молча совершенствоваться в своей медицине.
Как родная дочь столичного великого учёного, Гунсунь Сяофэн соединила блестящий дар с доступом к содержанию Небесного тома — и постепенно стала первым лекарем своего времени.
В врачевании Гунсунь Сяофэн соединила течение Ша с записанными в Небесном томе способами лечения и творчески постигла метод, позволяющий за счёт обращения Ша стремительно выйти из предсмертного состояния и в короткий срок достичь полного расцвета сил; она назвала его «Благословение души феникса».
Остатки Небесного тома безбрежны и полны странных тайн; их изучают с древности до наших дней и всё ещё не могут понять до конца — но даже постичь одну-две частицы из них довольно, чтобы обладать знаниями в сотни и тысячи раз большими, чем у других.
А Гунсунь Сяофэн происходила из семьи великого учёного в Императорском городе, потому и получила доступ к нему и возможность его изучать; к тому же с детства она была сообразительна и одарена, учёна и многогранна, и со временем из Небесного тома переняла никому не известное выдающееся врачебное искусство. Говорят, её умение вышло за пределы обычного разумения, и даже поговаривали, будто она способна вылечить мёртвого и нарастить мясо на костях, — но мало кому довелось увидеть тому подтверждение.
Слишком выделяющееся и яркое обычно не живёт долго; она хорошо это понимала, а потому всегда держалась скромно, редко показывала свои способности людям и лишь самозабвенно углублялась в исследования — и в конце концов встала во главе лекарей, не имея равных.
Сильные, разумеется, всегда идут рядом с сильными.
Чтобы ещё укрепить положение рода Лун, дочь великого учёного Гунсуня (Гунсунь Сяофэн) и самый любимый сын главы рода Лун (Лун У) должным образом сочетались браком. Хотя этот брак был лишь обычным политическим союзом между большими семьями, слова о «сильных рядом с сильными» в нём действительно сбылись. Никакой основы чувств у них не было, а значит, не было и нежности влюблённых, но они держались друг с другом с уважением и жили в согласии. Слуги и служанки порой шутили, что они похожи не на супругов, а на пару сослуживцев: ни о ветре и луне не говорят, а только о надеждах на будущий путь.
В ожиданиях от будущего улиня и от развития рода Лун их взгляды совпадали удивительно: они хотели, чтобы род Лун, обладая выдающейся силой, оставался осторожен и осмотрителен, никак не злоупотреблял своими возможностями и не принуждал людей силой, а стал для людей улиня опорой благодаря человеколюбию и справедливости — источником уважения и доверия.
Такое доверие и такое согласие между ними — редкость даже для обычных супругов.
Но чтобы достичь этой цели, сперва нужно было встать во главе рода и удержать за родом Лун вершину в улине — только тогда оставались силы шаг за шагом её осуществлять. Оба это ясно понимали и делали для этого всё возможное; даже сын, родившийся позже, появился на свет, чтобы добавить ещё одну опору в борьбе за место главы рода.
Одной рукой Гунсунь Сяофэн держала всю врачебную службу рода Лун, а вместе с передававшимся из поколения в поколение непревзойдённым искусством клинка прямой линии рода и золотой клинковой энергией эти две силы поддерживали великую легенду рода Лун и снискали ему народную любовь. Тогда всем было ясно: Лун У почти наверняка станет следующим главой рода.
Но их сила и успех в конце концов навлекли на них зависть и вражду остальных братьев и сестёр, а смута и раскол внутри рода Лун дали шанс «Организации», которая давно ждала в тени.
На десятом году «Организации» тридцать пятый глава рода Лун — Лун Тайжань — внезапно умер, и перед смертью не назвал преемника. Из-за этого противоречия между девятью детьми рода Лун ещё больше обострились. Чтобы получить законное основание, Лун У предложил, что его ветвь добровольно покинет главный дом рода Лун и временно поселится в его собственной усадьбе — Синлун, — где он продолжит расследовать правду о внезапной смерти старого главы.
На одиннадцатом году «Организации» Гунсунь Сяофэн понесла, и оба, разумеется, обрадовались, что у их семьи стало на одну фигуру больше. Однако одновременно они видели, что обстановка постепенно накаляется, и начали искать путь к отступлению на случай нужды.
На двенадцатом году «Организации» родился сын Лун У, и чета Лун поручила свою служанку Мо Чжаоюнь заботиться о ребёнке и поведала ей замысел сохранить род Лун.
Позже Лун Минъюй, всё это время охранявшая Лун У, внезапно получила весть: в Бастионе Мо, возможно, есть нить, указывающая на правду о внезапной смерти старого главы. И Лун Минъюй по своей воле отправилась к развалинам бастиона на разведку.
Но в одну дождливую ночь вскоре после ухода Лун Минъюй вторая сестра Лун У — Лун Ицзюэ — привела с собой четвёртого брата Лун У, Лун Ле, и девятого брата, Лун Сина, и нанесла визит в усадьбу Синлун. В ту ночь трое обнажили клинки во дворе, приведённые ими смертники ринулись вперёд, и с четой Лун разгорелся яростный смертный бой.
Когда рушилось всё, она оставалась рядом с ним, сражалась вместе с ним до конца — пока не ушла в жёлтые источники.
Что было последней её заботой: то непревзойдённое врачебное искусство, которому уже некому передаться, или та великая мечта, которую они с Лун У не успели осуществить, или ребёнок в пелёнках, чья судьба неизвестна?
В долгой реке лет об этом больше не узнает никто.